Журнал MichGan » Шоу бизнез » Андрей Данилко – о дуэте со Шнуровым, интервью Дудя, алкоголе, свиданиях и машине Меркьюри

Андрей Данилко – о дуэте со Шнуровым, интервью Дудя, алкоголе, свиданиях и машине Меркьюри

Артист рассказал «Сегодня», как написал куплет хита «Все будет хорошо» на корпоративе у Кличко и почему у него не клеятся отношения

Андрей Данилко – о дуэте со Шнуровым, интервью Дудя, алкоголе, свиданиях и машине Меркьюри

Артист, телеведущий, продюсер, создатель легендарной Верки Сердючки в эксклюзивном интервью газете «Сегодня» рассказал о том, как создавались его хиты, о своем отношении к алкоголю и где сейчас находится купленная им машина Фредди Меркьюри.

— Андрей, помните первый раз, когда вас узнали на улице?

— Да, причем очень точно. Меня показали первый раз в программе «Выбрики», которую вел Костя Грубич. Я даже помню дату эфира — 10 декабря 1995 года, потому что у меня где-то есть фотография экрана с моим первым появлением в телевизоре. Помню, мы всей общагой бежали смотреть эту передачу. И вот это был первый раз, когда я увидел себя на экране как Андрея. Как будто сразу после выхода программы обо мне начали все говорить, я почувствовал это прямо физически, всем телом. На следующий день я шел по городу и остановил прохожего, чтобы узнать, как мне пройти на нужную улицу (на тот момент я еще плохо знал Киев). А он мне говорит: «Ой, а это вы?». Я чуть не провалился под землю от стыда, хотя мне было очень приятно. Я просто этого не ожидал, поэтому до сих пор и помню этот момент. Вокруг слякоть, зима, я один иду непонятно куда. А тут еще этот дядька.

— Вы говорили, что в начале карьеры бывали случаи, когда люди не идентифицировали, что вы и есть тот артист, который играет Верку Сердючку. Что вы чувствовали, когда вас не узнавали?

— Мне это нравилось. Это же приятно, когда тебе говорят хорошее слово не потому, что ты тут рядом стоишь, а просто от того, что действительно нравится, что ты делаешь. Но у меня никогда не было момента самолюбования. Этому нас научили еще в театре-студии в Полтаве. Там была серьезная муштра, чтобы ни у кого не было вот этого «Я». По правде, до сих пор стесняюсь говорить о себе, в том плане что я, мол, артист.

— Тогда давайте поговорим не о вас, а ваших песнях. Какую можете назвать самой «кормящей»?

— Таких самых-самых, наверное, несколько. Но нужно отметить, что композитором я себя не считаю. Я больше автор песен, мотивчиков, текстов. Я вообще к себе достаточно спокойно в этом плане отношусь. Самая долгоиграющая троица — это «Все будет хорошо», «Dancing Lasha Tumba» и «Дольче Габбана». Кстати, именно за использование о последней я получаю больше всего денег.

— Какую из этих песен, или, быть может, других, вы переписывали, переделывали дольше всего?

— Все композиции были достаточно сложные по производству. И хоть мне почти всегда не нравится конечный результат, это все равно была работа. У каждой песни — своя история. Например, «Дольче Габбана» была придумана в ванной комнате и вообще на другую минусовку. Именно на нее я придумал вот эту строчку: «А я иду такая вся, в Дольче Габбана» (напевает. — Авт.). И потом мы долго не могли ее закончить, крутили разные варианты, темпы. Один аранжировщик сделал ее чуть быстрее, после чего я ему сказал: «А вы вообще слова слушаете? В вашем темпе получается, что я не иду, а бегу, а так быть не может».

В песне «Все будет хорошо!» есть реальное утверждение, мотивация к действию, установка, что действительно все будет хорошо. Кстати, куплет этой песни я написал благодаря Виталию и Владимиру Кличко, потому что как раз был на их мероприятии. Помню, сидел в гримерке во время корпоратива, и именно тогда придумал фразу «Если вам скажут, ваш поезд ушел, мы ответим просто, что подождем другой». Все помню: и время, и обстоятельства, и Виталика, он мне еще таким высоким показался! А вообще, если разбирать вот такие нюансы в песнях, то понимаешь, что это не просто случайно придуманный мотивчик или текстик. В них реально есть секреты, поэтому эти песни на протяжении стольких людей и поднимают людей.

— А сами слушаете свои песни?

— Та Боже упаси. Во-первых, я их не воспринимаю, когда они просто звучат на каком-то музыкальном носителе. Я еще могу посмотреть видео, когда они визуализированы. Но я же их писал не для того, чтобы слушать.

— Честно скажу, для меня вообще было удивительно узнать, что все свои хиты вы написали на трезвую голову.

— А я вот вообще не понимаю, как можно писать на пьяную голову или будучи под чем-то. Хотя, наверное, у всех разные способы работы. Я абсолютно отдаю себе отчет: для кого пишу, где это должно быть востребовано. Я не пишу ради самоутверждения. Сердючка — это праздник, поэтому песни тоже должны быть праздничными. При том, что у Сердючки есть также и грустные песни, ведь на праздниках тоже случаются и слезы, и ссоры.

— По поводу грустных песен. «Тук-тук-тук» как вы написали?

— Ну какая же она грустная? Героиня просто не может разобраться, в чем прелесть ее объекта (смеется). Эта песня, кстати, как-то очень быстро написалась. Мы как раз собирали материал для альбома «Чита-дрита». Мне удивительно до сих пор, что она так многим нравится. Григорий Лепс, помню, говорил мне, что если публика в зале «мертвая», он сразу просит своего клавишника наиграть мелодию, а сам как запоет: «А я не знаю почему, а ты мне нравишься». Вот это приятно.

Андрей Данилко – о дуэте со Шнуровым, интервью Дудя, алкоголе, свиданиях и машине Меркьюри

Верка Сердючка с мамой (Инна Белоконь)

— На своих концертах вы сами иногда перепеваете других артистов, например, Сергея Шнурова. Представляю, какой был бы фурор, если бы вы записали совместную песню. Хотя из-за политической ситуации между нашими странами это вряд ли, наверное, возможно…

— Ну вот, вы сами ответили на свой вопрос. Хотя я абсолютно не против. Все может быть. Кстати, несмотря на то, что на своих концертах мы исполняем друг друга песни (одно время он, знаю, перепевал «Все будет хорошо!), мы со Шнуровым не знакомы. Мы одного года рождения, и с некоторыми его мыслями я согласен. Где-то читал его большое интервью, в котором он сказал, что есть три коллектива, которые могут поднять абсолютно любую публику — «Ленинград», Верка Сердючка и «Руки вверх». И это правда. Наша музыка — настроение. Вы даже не представляете, каково это наблюдать, как богачи-миллиардеры снимают свои дорогущие пиджаки и пускаются в пляс, начинают водить «змейки», превращаясь в детей. Это я говорю о поколении моего возраста, ведь все мы жили в одних условиях. Поэтому когда я начинаю со сцены рассказывать про жареную картошку или пионерский лагерь, они тут же становятся мокрыми, и я понимаю, что у них тоже это было.

— Какую из свежих песен своих коллег вы можете назвать 100-процентным хитом, а какую композицию вы бы не прочь и себе взять в репертуар?

— Я очень порадовался за Филиппа Киркорова, когда у него появился хит «Цвет настроения синий». Я вообще очень радуюсь, когда у кого-то получается хит. Это же достаточно редкая история. Поэтому у меня в этом плане никогда не было зависти, эта функция в принципе отутствует в моем телефоне. Так что за Филиппа я искренне рад. Из украинских мне очень понравилась песня группы KAZKA — «Плакала». Это пример 100-процентного попадания, когда хит идет сам по себе, без всяких ротаций и раскруток. Мы же в свое время тоже «Дольче Габбану» никак не раскручивали, но ее знают все. А насчет песни, которая полностью соответствует настроению Сердючки, я бы назвал старый хит Алены Апиной «Электричка». И по тексту, и по мелодике — это вот абсолютно Сердючкина территория.

— А под какую песню вы сами можете пуститься в пляс?

— Я даже не могу представить, где могу так подорваться. Но думаю, если услышу песню группы «Ласковый май» — «Ну что же ты», она может вызвать подобное желание. По утрам, когда я пересматриваю, что слушал накануне, когда выпивал, именно эта песня практически всегда последняя. Может быть потому, что она — музыкальное сопровождение моей юности, вызывает какие-то положительные эмоции.

— Раз вы сами коснулись темы алкоголя, не могу не спросить. Вы говорили, что ваша стандартная доза — это 0,5 литра водки. Это вот прям минимум, или все зависит от настроения, повода?

— Я понимаю, о чем вы (смеется). Если вы или кто-то думает, что я какой-то там алкоголик, то нет, я не алкоголик. У меня к алкоголю вообще нет зависимости, я могу в принципе не употреблять. Что касается водки, у меня нету похмельного синдрома. В компании я могу выпить и пиво, но для меня этот напиток больше компанейская история, сам его пить я точно не буду. А вообще желание напиться бывает крайне редко, и связано оно больше с желанием просто выспаться. Выпил себе быстренько под яблочко водочки, лег, а на утро уже как новая копеечка. Я никогда не понимал, как можно выпить 50 грамм для аппетита. Как по мне, тогда лучше вообще не пить.

— А почему только яблочко на закуску? Вы не любитель вкусно покушать или приготовить что-то?

— Вкусная еда, многообразие закусок подразумевает компанию, а я же говорю, когда делаю это сам. Под яблочко ты и пьянеешь быстрее, и вечер сокращается, и сразу меньше куришь, а значит — быстрее ложишься спать. В этом случае я использую алкоголь как лекарство. Хотя как говорится, одно лечишь, другое калечишь. Вообще мне не очень нравятся мои отношения с алкоголем, я все время пытаюсь это в себе поменять. Но пока это так происходит. А насчет готовки — то это же необходимость, я никуда от этого не денусь. Я нормально готовлю, но если бы была возможность, не делал бы этого (смеется).

Андрей Данилко – о дуэте со Шнуровым, интервью Дудя, алкоголе, свиданиях и машине Меркьюри

Андрей Данилко

— Перейдем от алкоголя к состоянию влюбленности. Андрей, когда вы последний раз ходили на свидания?

— Я вообще такое не могу себе представить. Такой формы отношений у меня нет. Хотя сейчас у меня внутри что-то такое происходит, но пока это не для рассказа. В принципе, и рассказывать нечего, но у меня есть какое-то неплохое ощущение, что что-то меняется. Все равно, я же понимаю: ну не может быть такого, что этого не будет. Я имею ввиду отношения. Но вот почему-то надо было подождать. В этом плане мне не везло, не получалось. Но мне кажется, я сам в этом виноват, потому что за все свои слова нужно отвечать. В том числе и за высокомерные фразы, сказанные даже в ранней юности. За них я и получил по голове, от Бога…

Я никогда еще этого не рассказывал… Но была ситуация, еще в пионерском лагере. Мне было лет 15-16, я уже выступал, был популярен на уровне лагеря. И была девочка, которая была влюблена. А я вел себя так неправильно, высокомерно, как мне сейчас кажется. Помню, тогда мой друг спросил меня: «Андрей, почему ты так себя ведешь? Она же страдает». А я тогда сказал такую фразу: «Послушай, я, если влюблюсь, всегда сумею контролировать свои чувства». Вы представляете, такое сказануть?! Я даже дословно помню, как это произнес. И вот: по прошествии времени — «бах» по голове. И судьба такая: «Ну на, Андрей, контролируй»… 

У меня вообще долгое время ничего не получалось, не клеилось. А если и клеилось, то это всегда было что-то клееное очень. То есть, не семейные отношения. Чисто технически организовать семью можно, детей завести. А я так не хочу. Мне все таки хочется, чтобы это была внутренняя необходимость, а не потому, что так надо.

В этом плане мне просто-напросто не везло. Так бывает. Ну вот кто-то хочет быть все время популярным, а ему не дано. А мы и не хотим, а оно само как-то получается (смеется).

— Закончу эту тему коротко: Андрей, вы влюблены на данный момент?

— Отвечу так: больше да, чем нет.

— Хотела узнать судьбу «Роллс-Ройса» Фредди Меркьюри, который вы купили на аукционе в 2013 году. Вы говорили, что хотели отдать его в музей группы Queen.

— Ни в какой музей мы ее не отдали, потому что музея не существует. Нас обманули. Там, как я понял, еще какие-то сложные отношения внутри коллектива. Мне писал племянник Меркьюри, что, мол мама интересуется, как судьба машины. Мама, то есть сестра Фредди. А что мне им ответить? Единственный музей, который хотел ее забрать, это музей славы рок-н-ролла в Кливленде. Но с таким расчетом, чтобы мы сами оплатили переезд, и все права им отдали. На это я им показал средний палец. Потом еще было предложение, чтобы машина снялась в этом новом фильме о Фредди (Андрей имеет ввиду байопик «Богемская рапсодия», премьера которого намечена на осень. — Авт.). Но опять же: никто из киношников не захотел заморачиваться. Поэтому вопрос пока открыт.

— Сама машина в Украине?

— Нет, она в Британии. Она бы давно была в Украине, если бы не все эти бюрократические сложности в законах. Она стоит на стоянке в Лондоне, и мы каждый месяц платим за ее простой. Конечно, это плохо, и я хочу, чтобы этот вопрос побыстрее решился.

Андрей Данилко – о дуэте со Шнуровым, интервью Дудя, алкоголе, свиданиях и машине Меркьюри

— Кстати, насчет фильма о Фредди. Как вообще относитесь к байопикам?

— Я хорошо к ним отношусь, когда это сделано качественно. Я вот посмотрел байопик о Джексоне (фильм «Майкл Джексон: В поисках Нетландии» вышел в 2017-м. — Авт.), где на главную роль подобрали артиста, который действительно похож на Майкла. Но когда в фильме не звучит музыка самого артиста, сразу понятно, что что-то здесь не то, и что, по-видимому, авторам не хватило денег заплатить авторские. И вот когда это все такое недоделанное — ничего, кроме разочарования, не испытываешь. Посмотрим, что это будет за кино, ведь нельзя говорить о том, чего мы еще не видели. Но я знаю, что фильм создан при участии коллектива, и что в нем будет звучать музыка Меркьюри.

— Поговорим о деньгах. Сколько у вас должно быть в кошельке наличных, чтобы вы чувствовали себя уверенно?

— Сложно сказать, потому что я пользуюсь карточкой (улыбается). Хотя скажу честно, к ней, как и к другим удобным новинкам и гаджетам, я всегда долго привыкаю. Поначалу карточку я все время путал с ключом от гостиницы. Потом как-то переключился, и сейчас для меня это очень удобная вещь, потому что не надо носить с собой кошелек. Хотя его я тоже беру с собой, как бы на всякий случай, а вдруг карточка не сработает (смеется).

— На ценники обращаете внимание в магазинах, или с деньгами расстаетесь просто?

— Конечно, смотрю на ценники. Я что, не человек? Но мне, кстати, абсолютно все равно, какого бренда одежда, которая мне понравилась. Я не понимаю, когда люди говорят, мол, дешевле, чем 100 долларов, я чего-то там не покупаю. Для меня главное, чтобы эта вещь мне шла и нравилась, а чья это марка, мне абсолютно не важно. Это может быть и масс-маркет по очень демократичным ценам. Более того: когда я меряю какие-то брюки в дорогом бутике, мне кажется, что в них мне не красиво, и я неорганично себя в них чувствую.

— Мне известно, что в украинских фильмах за использование популярной песни в среднем платят от 10-20 тысяч гривен. А какую самую большую сумму вам предлагали за использование хита Сердючки?

— Во-первых, это коммерческая тайна, а во-вторых, все зависит от заказчика. Бывали случаи, когда я и бесплатно давал. Недавно со мной связалась девочка из России, которая сняла короткометражку. Попросила использовать в кадре до 30 секунд моей песни. Я с нее денег не взял. То есть иногда нужно входить в положение. Но если это большая компания или телевизионный канал, который имеет хороший бюджет, то почему я должен давать им бесплатно?

— Так что насчет суммы?

— Понимаете, если бы я жил в другой стране, я бы, наверное, ее озвучил. А в нашей стране такие цифры нельзя называть. Кстати, после Юры Дудя (ведущий интернет-шоу в формате интервью «вДудь». — Авт.) этот вопрос о деньгах стал почему-то очень популярным, и все его начали задавать. Но нельзя же сравнивать его аудиторию, которая в интернете, и вашу, которая читает газету.

— То есть, ему бы вы сказали? Кстати: а Дудь еще не связывался с вами по поводу интервью?

— А чего он должен со мной связываться? Ему должно быть это интересно? Не знаю, это все-таки его авторская программа, где он сам выбирает гостей. Я смотрю этот проект, многие выпуски мне нравятся. Ему удалось создать интернет-формат, который сейчас все пытаются повторить, но пока неудачно. Мне понравился его разговор с Александром Роднянским. Хотя для массового зрителя это может быть и не очень интересно, но поскольку мы с Александром Ефимовичем давно знакомы, и с ним у меня связан определенный период в жизни, лично мне было очень интересно послушать его мысли. У меня вообще остались только хорошие воспоминания от общения с ним. Более того, таких комфортных отношений у меня потом не было никогда.

— Вы имеете ввиду сейчас отношения с руководителями каналов?

— Да, в основном на меня начинали давить. А здесь же все было очень просто и аргументировано. И даже та просьба, которую мне нужно было решить за 5 минут, благодаря Роднянскому решилась за 1 минуту. И это было продумано так, чтобы потом мне можно было удобно рассчитаться. Это касалось финансового вопроса.

— А кто из знаменитых людей вам также протянул руку помощи, к кому вы относитесь с уважением?

— Мне понравилась ситуация с режиссером Полом Фигом, который пригласил нас принять участие в фильме «Шпионка», причем в роли камео. Для меня это было большим удивлением, почему нас вообще туда позвали. Но с первого разговора с Полом мне стало так комфортно! А на самих съемках в Будапеште все было настолько точно, без нервов и криков, что эти два съемочных дня всегда вспоминаю с радостью. Особенно когда сравниваю со съемочными процессами, которые происходят в нашей стране. Где всегда кого-то ждут, всегда что-то ломается, переснимается. В Голливуде, если конец съемочной смены, значит конец. Там понимают, что членам съемочной группы нужно время, чтобы поспать, отдохнуть. Там каждый не старается для себя, там все работают на общее благо, в данном случае фильма. И это чувствуется во всем.

Ранее Андрей Данилко рассказывал о возрождении «СВ-шоу», банкетах с несмешными анекдотами и жалости Гурченко.

Андрей Данилко – о дуэте со Шнуровым, интервью Дудя, алкоголе, свиданиях и машине Меркьюри

Андрей Данилко – о дуэте со Шнуровым, интервью Дудя, алкоголе, свиданиях и машине Меркьюри

Андрей Данилко – о дуэте со Шнуровым, интервью Дудя, алкоголе, свиданиях и машине Меркьюри